Эпитафия № 2270

Ты живешь там,
ничего обо мне не зная.

Теряя всякую надежду, наконец обретаешь свободу

На дне души схоронена глубоко
Прошедших лет безумная любовь;
Она без слез уснула одиноко,
И тихо спит, и не проснется вновь.

Милость Господня от века и до века к боящимся Его! (CII.15).

Таков и мой, и твой удел.

Тьма никогда не отступит,
Пока есть сомнения в наших сердцах —
Мы блуждаем впотьмах.

Льются с этих фотографий
Океаны биографий.
Жизнь в которых вся, до дна,
С нами переплетена.
Свет — и ничего другого.
Век — и никаких чудес.
Мы живых их обнимаем,
Любим их и пьем за них.
Только жаль, что понимаем
С опозданием на миг.

Ужель на вопль и зов молебный
Ты безучастно промолчишь?
Ужель улыбкой задушевной
Семьи опять не озаришь?

Жалкий след мой будет затоптан
Башмаками других бродяг.

Не мною наказанные, они будут много облагодетельствованы: потому что Бог испытал их, и нашел их достойными Его! (III.5).