Эпитафия № 2073

Пусть на моём напишут пьедестале:
Грешил он много, но его читали.

Но если жизнь — базар крикливый Бога,
То только смерть — его бессмертный храм.

Мне край этот мил-
Нет боли и слёз.

В книге поколений — достойная страница

Жизнь — лишь иллюзия.
Вот и пришло прозрение.

Жил один музыкант, он на скрипке играл
Был в нем редкий талант, что народ восхищал
И на сцене всегда умереть он мечтал
Когда смерть увидал — коду не доиграл.

На землю мы еще вернемся,
Когда устанем от небес.

Человек большой души,
Родной и любимый,
Ты с нами.

Но зато я так стремительно падаю вверх,
Как будто притяжения нет,
И нет ни законов, ни правил.

У меня было много счастья — ведь я дарил/(а) его близким.