Эпитафия № 1780

Я вырою себе глубокий, черный ров,
Чтоб в недра тучные и полные улиток
Упасть, на дне стихий найти последний кров
И кости простереть, изнывшие от пыток.

Вот ушел и я от тщетности бытия (Вот ушла и я)…

Голос твой затих,
Растворяясь в ночи —
Ты исчезла во мгле,
Словно пламя свечи.

Ты паришь над миром…

Бесконечна пытка тишиной,
Тишина смеется над тобой.
Застывает время на стене —
У часов печали стрелок нет.

Он, умирая, сомневался,
Что за чертою станет с ним.
Но Бог всегда с ним оставался
Бог верен избранным своим.

Но и ее смерть жадная/алчная скосила

Я на груди у ней мечтал
Когда-то в тихом сне,
Очаг радушно так пылал,
И было сладко мне.

Печаль у синих этих вод
Помедлит с горькой, смутной думой,
Вздохнет — и тихо отойдет…
Безумец! Разве твой приход
Смутит могилы сон угрюмый!

Наши сердца заполнены словами благодарности/любви/признательности