Эпитафия № 1776

Так тяжело, так горько мне и больно…
Так много мук в душе затаено,
Что мне сказать уж хочется давно
Всему, что жизнью мы зовем: «Довольно!»

Ты сам — свой Бог, ты сам свой ближний.
О, будь же собственным Творцом,
Будь бездной верхней, бездной нижней,
Своим началом и концом.

Отзвучали клятвы прощальные,
Простились, простили… Прощайте!
Жизнь продолжается!

Жизнь в содержании, а не в сосуде.

Я встречусь наконец на ступенях могилы
С неумолимою судьбой.

Что искупит в этом мире
Эти две последних, медленных слезы?

Ты честен был, умел шутить,
имел друзей не мало.
Тебе бы только жить да жить,
Зачем тебя не стало.

У смерти есть своё жестокое коварство:
Щадя нередко тех, кто стар, и слаб, и хил,
Она разит того, кто полон юных сил,
Кто был казалось, так далек от входа в царство
Воспоминаний и могил.

Ты жизнь свою прожил достойно, оставив память нам навек,
В безмолвном мире спи спокойно, любимый нами человек.

И ты наш юный, наш печальный уходишь прочь.
Привет тебе, привет прощальный шлем в эту ночь.