Эпитафия № 1732

Любовь и жизнь ты взял с собой…

Я не верил, что я мёртв,
Я слышал брань и плачь.
Видел, как над телом там внизу,
Шаманил старый врач.

Как рано ты ушла,
Как горе бесконечно,
И в наших лишь сердцах
Останешься навечно.

Успокойся, дочь, Господь неба и земли даст тебе радость вместо печали твоей.

Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мною.

Не бойся с дороги сбиться,
Иди через темный лес.
С тобой ничего не случится,
Я здесь.

Любимый образ твой
И материнская добродетель
Не угаснут в наших сердцах

Но тесный гроб, добычи жадный,
Не выдаст мертвого певца.
Он спит; ему в могиле хладной
Не нужно бренного венца.

Считают, что любовь крылата, —
Смерть окрыленнее стократ.;;

Смерть — лишь последнее звено
В цепи познания жизни.