Эпитафия № 1720

Мой прах уснет забытый и холодный,
А для тебя настанет жизни май;
О, хоть на миг душою благородной
Тогда стихам, звучавшим мне, внимай!

Ангел смерти,
Божественно мягок и прекрасен!
По направлению к небесам
Несешь ты наши души.
Путь был далек…
Укрой нас своими крыльями
И дай нам покойно отдохнуть!

Ты стал сам себе судьей, но смерть твоя не в счет

Откуда мы пришли? Куда свой путь вершим?
В чем нищей жизни смысл? Он нам не постижим.

Здесь, на родной стороне
Нам помирать.

Не тот дорог, с кем хорошо, а тот, без которого плохо.

Не в долговечности честная старость, и не числом лет измеряется! (IV.8).

И если мертвецы приют покинут свой
И к вечной жизни прах из тленья возродится,
Опять чело мое на грудь твою склонится:
Нет рая для меня, где нет тебя со мной!

Есть в близости каждой предвестники смерти:
Увядшие листья, поникшие ветви,
Погасшие взгляды, безвольно упавшие в руки.
Ты ещё говоришь, но теряется ясность,
И меня поглощает тяжёлый и вязкий
Туман, сквозь который с трудом пробиваются звуки.

Дым — судьбы сложных,
Скомканных душ.