Эпитафия № 1005

Есть в близости каждой предвестники смерти:
Увядшие листья, поникшие ветви,
Погасшие взгляды, безвольно упавшие в руки.
Ты ещё говоришь, но теряется ясность,
И меня поглощает тяжёлый и вязкий
Туман, сквозь который с трудом пробиваются звуки.

Попробуй разбить меня — ты не поверишь глазам,
Попробуй сломать — ты скорее сломаешься сам.

Человек — сам хозяин своей жизни и смерти!

Сердце погасло, будто зарница,
Боль не притушат года.
Образ твой вечно будет храниться
В сердце моем навсегда.

Те, в ком страсти волнуются, мысли кипят, —
Все на свете понять и изведать хотят.
Выпьют чашу до дна — и лишатся сознанья,
И в объятиях смерти без памяти спят.

Черных дней череда.
Солью слез мстит вода
Тем, кто жил кое-как.
Быть может, это горе нас соберет в кулак.

О, милосердная ты Матушка-Земля!
Взрастила сына ты и снова приняла.
Он добрым, мудрым/сильным, смелым был,
В достоинствах примером всем служил.
Он здесь нашел приют свой и покой.
Пригрей его и душу успокой!

Он свои блага раздал нищим! (CXI.9).

Жизнь пронеслась и оборвалась,
Ведь смерть нельзя остановить.
Но память о тебе осталась
И будем мы ее хранить…

Моя отчаяная смелость
Могла бы вызвать восхищенье,
Но только я не знаю меры.