Эпитафия № 1005

Благословение погибавшего приходило на меня, и сердцу вдовы доставлял я радость! (XXIX.13)

А на лице ни тени муки,
Как будто он дремал.
Сложил ослабленные руки,
С любовью крест прижал.

Пусть ушла беда,
Сбылась мечта,
Но в сердце пустота
Не исчезнет никогда!

Как миг тоски — пред радостью беспечной,
Как черный грех — пред детской чистотой.
Нам не дано понять всю прелесть смерти,
Мы можем лишь предчувствовать ее…

Ты путеводная звезда для всех, кто помнит, любит, чтит…

Считают, что любовь крылата, —
Смерть окрыленнее стократ.;;

К твоей безвременной могиле, наша тропа не зарастет.
Родной твой образ, образ милый, всегда сюда нас приведет.

Под камнем сим почиет муж —
Сторонник твёрдых правил, —
Что сотни тысяч грешных душ
К прапращурам отправил.
Он мягкотелых презирал —
Он был иного рода!.. —
Он был великий генерал
Великого народа.
Но час пробьёт, когда в гробу
Он бодро повернётся
И, невзирая на судьбу,
Восстанет — и вернётся!..
И обратится генерал
К народу со словами:
«Я ненадолго
умирал,
Но нынче —
снова с вами!..

Под небом все лишь временно бывает.

Придавили груди мне крышкой гробовою,
Заковали рученьки медные замки.