Эпитафия № 1005

Есть нечто, что со мною не умрет,
А эхом в поколеньях оживет

Завтра может быть поздно
Жить!

Гаснет в небе солнца слабый луч,
К двери в мир иной нашёлся ключ –
Выходить ей было рано, но…

Сколько троп и дорог
Для меня заплелись в одну.
Я иду по своей земле
К небу, которым живу.

Крепитесь, мужайтесь, добрые люди!
Ведь жизнь земная — это борьба!
Над вами то небо, что молят о чуде,
Под вами немые, глухие гроба.

И всем-то нам врозь идти:
Этим — на люди, тем — в безлюдье.
Но будет нам по пути,
Когда умирать будем.

Я сижу и не знаю, что делать,
Ощущениями пьяна я.
Слушаю музыку ветра
И музыку странного сна.

Горя от утраты не измерить,
Слез и боли сердца не унять.

Горя страданий, отчаяния полны моря житейского бурные волны.
Брызги их — слезы и кровь. Но человеку в юдоли томления чудные
сестры даны в утешение. Вера, Надежда, Любовь.
И ободряя усталых душою, Вера приносит нам твердость с собою.
Гонит сомненья она. Смотрим вперед мы с надеждой смелее.
Темная даль и ясней, и светлее. Радостью дивной полна.
Третья сестра — это Божье дыханье, с ней не страшны никакие
страданья. Храм ее — наши сердца. В ней состраданье, жалость,
участье. В ней красота, всепрощение, счастье.
Царство любви без конца …

От муки любви и разлуки
Упасла гробовая доска.