Эпитафия № 4247

Смерть ужасна.
Но память ей неподвластна.
Помним, любим, скорбим.

Я познание сделал своим ремеслом,
Я знаком с высшей правдой и низменным злом.
Все тугие узлы я распутал на свете,
Кроме смерти, завязанной мертвым узлом…

Мы наконец коснемся солнца,
Не обжигая рук своих.

Уходя на пир с духами,
Нас оставил он,
Чтобы здесь, воспетый нами,
Был похоронен.

Ты ушла от милого порога
В дальний путь, неведомый живым,
Лишь тот, кого обожествляют боги,
Уходит в вечность вечно молодым.

Война гонит ветер ужаса, пепел веков и дней.

Вечность смотрит в глаза
Тянет вниз, не дает вздохнуть…
Может все это зря?
Но так долог был этот путь.

Все слова уже сказаны,
Все песни допеты.
Но я знаю, найдутся ключи
И откроются двери
Для того, кто умел верить.
И над тёмными водами мрака
Взойдёт голубая звезда
Для того, кто умел ждать.

На небосводе вновь звезда погасла.
Груз-200 — горе наших дней.
И на земле покатой, словно каска,
Зовут и плачут имена детей.

О сердце тихое мое,
Сожженное в полдневном зное, —
Ты погружаешься в родное,
В холодное небытие.