Эпитафия № 4217

Под землей я не буду бездомней,
Чем была я на этой земле.

Болезнь его сразила, и с собой
В могилу он унес летучий рой
Еще незрелых, темных вдохновений,
Обманутых надежд и горьких сожалений!

Стали лишь воспоминанием
Наши радости и боль

Соблюдал/(а) душу свою и помнил/(а) Бога всею душою своею

Спасибо, родной (родная), что ты был (была).
Низкий поклон тебе
И наша память.

Попробуй разбить меня — ты не поверишь глазам,
Попробуй сломать — ты скорее сломаешься сам.

Где нет ни ожиданий, ни страстей,
Ни горьких слез, ни славы, ни честей.
Где вспоминанье спит глубоким сном,
И сердце в тесном доме гробовом…

Ни позабыть, ни разлюбить, ни заменить тебя нельзя.

Есть вспышки, что длятся доли секунды.
Есть свет, что будет всегда.
Есть просто друг и есть друг, который
Никогда не предаст.

Она воздавала добром, а не злом во все дни жизни своей! (XXXI.12).