Эпитафия № 4124

Беспредельным далям преданный,
Там, где меркнет свет и шум,
Я покину круг изведанный
Повторенных слов и дум.

И ты откроешь глаза,
И ты наведёшь туалет,
И ты опять пойдешь по земле так,
Будто тебя на ней нет.

Я знала, я — Бастилия, а ей суждено было пасть.

Боже!.. Тебя жаждет душа моя, по Тебе томится плоть моя в земле пустой, иссохшей и безводной! (LXII.2).

Я на смерть пойду гордо, как герой!

Я вновь ищу тебя среди пустыни
Души моей, израненной совсем,
Где мое сердце вновь от боли стынет,
Желая сбросить груз мирских проблем.
Мне в этом мире боле нет отрады,
Чем грезить, будто ты опять со мной.
Мечтать, что здесь, что около ограды
С тобою встречу вековой покой.

Смысл — в ритме каждого дня и часа!

Человеку с доброй душой и чистым сердцем

Еще вчера в нем кровь текла,
Дышала грудь, душа жила…
Застыла кровь, жизнь замерла,
И где душа, куда ушла?

Изгой — чужой на земле,
Как солнце в ночи по дороге домой.
Изгой от века в седле,
Со смертью за жизнь принял бой.