Эпитафия № 4051

Молчи, прошу! Не смей меня будить!
О, в этот век преступный и постыдный
Не жить, не чувствовать — удел завидный.
Отрадно спать, отрадней камнем быть.

Но для небесного могилы нет.
Когда я буду прах, мои мечты,
Хоть не поймет их, удивленный свет
Благословит; и ты, мой ангел, ты
Со мною не умрешь: моя любовь
Тебя отдаст бессмертной жизни вновь;
С моим названьем станут повторять
Твое: на что им мертвых разлучать?

И даже тишина звенит в моих ушах,
И стрелки, почему-то, застыли в часах…

Отмеченный плахой лесами схоронен,
Забытый отвагой воспитан войной.
Разбуженный солнцем устанет в погоне
Да сном утомится искавший покой.

Плоть моя успокоится в уповании; ибо Ты не оставишь души моей в аде! (XV.9, 10).

Потому что в могиле, куда ты пойдешь, нет ни работы, ни размышления, ни знания, ни мудрости.

Всё что любил, но не ценил
Потерял я вмиг
И навсегда Всадник Из Льда
Позабыл твой лик.

Не слышно голоса родного, не видно добрых, милых глаз
Зачем судьба была жестока? Как рано ты ушел(ла) от нас.

И я знаю, что
Жизнь даётся лишь раз свыше,
Но я жить не хочу тише.

Из всех, которых он возрастил, некому было поддержать его! (LI.18).