Он проходит сквозь нас, подчиняя нас себе, Возможно, это его помощь тебе и мне, Ведь он стоит твёрже, а, стало быть, прав, Но всегда ли тот прав, у кого много прав?
Вот этот прах, остатки бытия, Где лика нет, где очи уж истлели, — Урок тому, кого пленять умели, В какой тюрьме жила душа моя. Кто этот гроб слезами орошает, Тот понапрасну верит, что вернет Его слеза сухому древу плод: Ведь по весне мертвец не воскресает.
