Эпитафия № 3995

Голоса друзей все тише,
Их почти не различить,
Кто любил нас, тот услышит,
И сумеет нас простить…

Друг мой, я с тобой прощаюсь!
Да, настал уже тот час:
То, что крепче пут связало —
Разделяет теперь нас.
Не настанет уж тот вечер,
Где звонок иль письмецо.
Но вдруг вспомнишь ты под вечер
Мое милое лицо.
Вспомнишь ты звон струн гитары,
Легкий шелест, тишину.
А когда ты будешь старым —
Я домой к тебе приду.
Расскажу о том, что было,
Что лежит там, впереди.
А пока живи-ка, милый,
И меня не скоро жди!

Перешли в воспоминания
Наши радости и боль.

Смерть лечит людей
От тщеты бренных дней

Мы умираем в одиночку

Так грустно тлится жизнь моя
И с каждым днем уходит дымом,
Так постепенно гасну я
В однообразье нестерпимом!..

Точку в сказании поставить пора,
Пепел страниц развевают ветра.

Я кричу, но ты не слышишь мой крик
И никто не слышит…

Тому, кто здесь лежит под травкой вешней,
Прости, Господь, злой помысел и грех!
Он был больной, измученный, нездешний,
Он ангелов любил и детский смех.
Не смял звезды сирени белоснежной,
Хоть и желал Владыку побороть…
Во всех грехах он был — ребенок нежный,
И потому — прости ему, Господь!

Мы все под Богом — так прости и отпусти!