Эпитафия № 3969

Я спасал народ от гибели,
Помни! Не спеши судить.

Затихло сердце, не стерпело боли
И навсегда угас взгляд
Добрых васильковых глаз.

Млечный путь, да шум прибоя,
Колокольный звон, да слезы икон.
Небом дышит память боя,
Да молитвы низкий поклон.

Теперь ты бредёшь дощатым полом запертых дверей.
Ты помнишь голоса своих бывших друзей.

Плач и смех, святость и грех
Сходятся здесь —
На краю времени!

Моя душа была на лезвии ножа.

Живи живой, спокойно тлей мертвец!
Всесильного ничтожное созданье,
О человек! Уверься наконец:
Не для тебя ни мудрость, ни всезнанье!

Ты улетел в ту сторону, откуда возврата нет.
Грустно и пусто без тебя на грешной земле.
Больно милый, что жить тебе пришлось так мало.

Тому, кто здесь лежит под травкой вешней,
Прости, Господь, злой помысел и грех!
Он был больной, измученный, нездешний,
Он ангелов любил и детский смех.
Не смял звезды сирени белоснежной,
Хоть и желал Владыку побороть…
Во всех грехах он был — ребенок нежный,
И потому — прости ему, Господь!

Завяжи мне глаза,
Подними меня на руки,
Отнеси меня
В этот придуманный рай.