Эпитафия № 3879

Ушел мой незабвенный друг в покров пречистый и святой
в неведомый нам грешным мир другой…

Смерть не властна над тобой,
Пока на свете есть любовь!

Так много добрых слов
Нам хочется тебе, сынок, сказать,
Единственный, неповторимый и любимый,
Но рок судьбы украл тебя у нас,
Прервав единственную жизнь,
Которую с тобой мы так любили.

Ты, Господи, помилуй меня и восставь меня! (XL.11).

Ты меня прости,
Всё-таки я не святой.
Лучше отпусти
И не кричи во след «Стой!»

В твой час последний на земле Наша душа рвалась к тебе…

Перешел от смерти в живот!

В Книге Судеб ни слова нельзя изменить.
Тех, кто вечно страдает, нельзя извинить.
Можешь пить свою желчь до скончания жизни:
Жизнь нельзя сократить и нельзя удлинить.

Прочти — слепоты куриной
И маков набрав букет,
Что звали меня Мариной
И сколько мне было лет. Не думай, что здесь — могила
Что я появлюсь, грозя…
Я слишком сама любила
Смеяться, когда нельзя!
И кровь приливала к коже,
И кудри мои вились…
Я тоже была, прохожий!
Прохожий, остановись!
Сорви себе стебель дикий
И ягоду ему вслед,-
Кладбищенской земляники
Крупнее и слаще нет.
Но только не стой угрюмо.
Главу опустив на грудь,
Легко обо мне подумай,
Легко обо мне забудь.
Как луч тебя освещает!
Ты весь в золотой пыли…
И пусть тебя не смущает
Мой голос из-под земли.

Не заживет на сердце рана,
Пока не встретимся с тобой.