Эпитафия № 3863

Это больше, чем я, это больше, чем ты,
Это теплое солнце и ночью, и днем!
Это наша любовь, это наши мечты,
И поэтому мы никогда не умрем!

Я не верю, что всё потеряно.
Соберу все слёзы до капельки,
Чтоб полить своё мёртвое дерево.
Моей нежности хватит
И ты оживёшь.

Солнцу помоги, милый!

И вот, как бы беседуя с собой,
Сознательно она проговорила
(Я был при ней, убитый, но живой):
«О, как все это я любила!..»

Сколько беспечных осталось клубиться в золе,
Сколько раскованных перелопатила смерть.

Планеты проплывают мимо нас,
Следить не успевает глаз.
Уносит страх Вселенной красота —
Неуловимые цвета.

Настало время сердцу быть в покое,
Взяла земля свое земное.
Но как же трудно нам тебя терять,
Смириться с горем, жить опять.

Он венчал свою жизнь и бессмертие,
Но не в храме, а в битвах, где борются зло и добро.
Дал узнать людям вкус милосердия…

Страшна могила мне; и ближние, друзья,
Мое грядущее, и молодость моя,
И обещания в груди сокрытой музы —
Все обольстительно скрепляет жизни узы,
И далеко ищу, как жребий мой ни строг,
Я жить и бедствовать услужливый предлог.

Земле и небесам чужой/(чужая)