Эпитафия № 3841

Не может быть! не может быть!
Она жива!.. сейчас проснется…
Смотрите: хочет говорить,
Откроет глазки, улыбнется,
Меня увидит, обоймет
И, вдруг поняв, что плач мой значит,
Ласкаясь, нежно мне шепнет:
«Какой смешной! о чем он плачет!..»
Но нет!.. лежит… тиха, нема,
Недвижна…

Никто не смог тебя спасти,
Ушел (ушла) из жизни очень рано,
Но светлый образ твой родной
Мы будем помнить постоянно.

Не рисуйте надгробий и плит над могилкой моей,
Не любил и при жизни когда что-то давит на грудь.
Пусть растёт там трава и на ветке поёт соловей,
Чтобы путник уставший мог сесть и чуть-чуть отдохнуть.

Мы навеки, сыночек, с тобой.
Боже, душу его успокой.

Был человек этот непорочен, справедлив и богобоязнен, и удалялся от зла!

Не налюбуюсь досыта,
Не нацелуюсь всласть.

В чисто поле, да в синий туман
Ветер занес.
Так и водит краями земли
До звезд.
Так и кружит пылью дорог
Дальнюю даль,
Да пророчит мне в небе звезду
Печаль.

И я опять ухожу в море.
Полный вперёд!
Я опять ухожу в море,
Чтобы вернуться в порт.

В гробу я слышу голос птичий,
Весна близка, земля сыра.

В моём сердце пустота,
А душа моя мертва!