Ты так любил людей, родное небо, Ты жить хотел, ты добрым был для всех. И горько сознавать, что ты так мало прожил, Ушел от нас, оставив нам печаль и слезы.
И пусть благословят — знакомые листы, Пусть плачут надо мной — друзья моей мечты; О, только те, кто был мне дорог в дни былые, — И пусть меня вовек не вспомнят остальные.
До того, как мы чашу судьбы изопьем, Выпьем, милая, чашу иную вдвоем. Может статься, что сделать глотка перед смертью Не позволит нам небо в безумье своем.
