Эпитафия № 3755

Скорблю о тебе, брат мой; ты был очень дорог для меня; любовь твоя была для меня превыше любви женской. (2 кн. I.26).

Из этой жизни хорошо уйти, как с пира: не жаждая, но не упившись

В небе знаков для нас нет больше.
Облака примерзли ко льду.
Все маршруты ведут в замерших
Вечный холод и пустоту.

«Крушение надежд» напишут на моем могильном камне

Пуст это печальный, безмолвный гранит
Твой образ навеки для нас сохранит

Неизлечима боль разлуки —
Разлуки той, что навсегда.

Вечность смотрит в глаза
Тянет вниз, не дает вздохнуть…
Может все это зря?
Но так долог был этот путь.

И пусть благословят — знакомые листы,
Пусть плачут надо мной — друзья моей мечты;
О, только те, кто был мне дорог в дни былые, —
И пусть меня вовек не вспомнят остальные.

По ком звонит колокол?
Не спеши — ты всё узнаешь потом!

Но кто постиг, что вечный мрак — отрада,
С тем вступит Смерть в союз любви живой,
И от ее внимательного взгляда
К страдальцу сон нисходит гробовой