Эпитафия № 3736

Успокоится плачем страх,
Растворится в любви вина,
И оттает душа в слезах,
Понимая, что прощена.

Вся жизнь закончилась с тобою,
Нет жизни ни у нас, ни у тебя.
Ушло из жизни самое родное,
Любимый сын, любимое дитя.

Он к ней, она к нему, влюбленные стремились.
Лишь здесь, сойдя во тьму, они соединились.

Тем, кто видел маску смерти,
По-другому солнце светит,
Теперь ты один из них.

Под камнем сим почиет муж —
Сторонник твёрдых правил, —
Что сотни тысяч грешных душ
К прапращурам отправил.
Он мягкотелых презирал —
Он был иного рода!.. —
Он был великий генерал
Великого народа.
Но час пробьёт, когда в гробу
Он бодро повернётся
И, невзирая на судьбу,
Восстанет — и вернётся!..
И обратится генерал
К народу со словами:
«Я ненадолго
умирал,
Но нынче —
снова с вами!..

Он не просил помочь —
Он видел свет, он знал ответ.
Он не хотел, но ночь
В его душе оставит след!

Загадочен сумрак и свят на обрыве над морем в траве и цветах.
Два человека лежат, а звёзды плывут в их закрытых глазах.
Они слушают, как шепчут волны, туман на траве оставляет следы.
Скоро птицы ночные умолкнут, и солнце взойдёт из воды.

Большего мы не могли потерять,
Наша скорбь не имеет границы.
Горе не высказать, не описать,
Очень мало гранитной страницы

Пред очами Твоими, Господи, тысяча лет, как день вчерашний, когда он прошел, как трава, которая утром вырастает, утром цветет и зеленеет, вечером подсекается и засыпает! (LXXXIX.5 и 6).

Здесь, на вершине,
Рядом со мной
В небе кружат три белых орла:
Гордость им имя,
Дух и Покой,
А за ними ни Зла, ни Добра.