Эпитафия № 3729

И вот над свежею могилой
Нас дума тяжкая гнетет…
Ужели та же участь ждет
Все возникающие силы?

Всю жизнь стремился/(стремилась) к совершенству(идеалу).

Сердце не верит в утрату, словно ты ушел куда-то.

Ты зачем ушел, родной,
Спать в земле сырой?
Ты зачем меня оставил
Маяться одной?;;

Здесь поют соловьи панихиды хрустальные,
Тут в пасхальную ночь у берез
Под церковного звона аккорды финальные
Тихо сходит к усопшим Христос.

Здесь сердце так бы все забыло,
Забыло б муку всю свою,
Когда бы там — в родном краю —
Одной могилой меньше было…

Свой гений и талант он посвятил потомкам.
Поймет ли мир, оценит ли его?

Равнодушие душ, бессердечность сердец…
Поскользнуться, упасть равносильно здесь смерти
Этот мир мне на сердце оставил рубец.

В небе поют голоса тех,
Кого я любил и ждал.

Горя страданий, отчаяния полны моря житейского бурные волны.
Брызги их — слезы и кровь. Но человеку в юдоли томления чудные
сестры даны в утешение. Вера, Надежда, Любовь.
И ободряя усталых душою, Вера приносит нам твердость с собою.
Гонит сомненья она. Смотрим вперед мы с надеждой смелее.
Темная даль и ясней, и светлее. Радостью дивной полна.
Третья сестра — это Божье дыханье, с ней не страшны никакие
страданья. Храм ее — наши сердца. В ней состраданье, жалость,
участье. В ней красота, всепрощение, счастье.
Царство любви без конца …