Эпитафия № 3711

Смотрит на мир с дивных высот,
Но не вступает с ним в спор.

Все время в суетных делах,
Среди бумаг и хлама.
А здесь то в солнце, то в снегах
Могила мамы.

На древе человечества высоком
Ты лучшим был его листом,
Воспитанный его чистейшим соком,
Развит чистейшим солнечным лучом!

Ты хмуришься вечно,
Я так беспечна,
Не быть нам вдвоем.
Мы разные песни поем:
Ты о вечном,
А я о земном.

Но для небесного могилы нет.
Когда я буду прах, мои мечты,
Хоть не поймет их, удивленный свет
Благословит; и ты, мой ангел, ты
Со мною не умрешь: моя любовь
Тебя отдаст бессмертной жизни вновь;
С моим названьем станут повторять
Твое: на что им мертвых разлучать?

Я жить хочу! — кричит он, дерзновенный.
Пускай обман! О, дайте мне обман!

Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи еще хоть четверть века —
Всё будет так. Исхода нет.

Я вас любил, я жизнь любил,
Но не моя вина, что мало жил.
Теперь для вас я ветром стану,
Березкою, травинкою, цветами.
Погладь их мама, это я,
Навек с тобою боль твоя.

Любим тебя и в памяти нашей всегда ты жива.

0 чудесе! что сие еже о нас быст таинство; како предахомся тлинию како сопрягохомся смерти; во истину Бога повелинием, якоже писано есть, подающаго преставлшемуся упокоение!