Эпитафия № 3710

Две руки — ласкать-разглаживать
Нежные головки пышные.
Две руки — и вот одна из них
За ночь оказалась лишняя.

Спасибо за то, что ты жил (жила)

В один и тот же день со мною ты умрешь.
Не даром я клялся в душе нелицемерной:
Иду, иду с тобой, куда ни поведешь,
Последнего пути твой сотоварищ верный.

Мольбы, молитвы, гимны просятся:
«Взгляни, помедли, подожди!»

Он имел весьма добрую славу.
(Имела весьма добрую славу).

Избавь, Господь, меня от тех воспоминаний!

Под тенью миртов и акаций
В могиле скромной сей
Лежит прелестная подруга юных граций:
Ни плачущий Эрот, ни скорбный Гименей,
Ни прелесть майской розы,
Ни друга юного, ни двух младенцев слезы
Спасти Полину не могли!
Судьбы во цвете лет навеки обрекли
Ее из пламенных объятий
Супруга нежного, детей, сестер и братий
В объятья хладные земли…

Но если жизнь — базар крикливый Бога,
То только смерть — его бессмертный храм.

Не посрами нас, но сотвори с нами по снисхождению Твоему! (III.42).

Ты герой!
Пускай никто не видел подвиг твой.