Эпитафия № 3476

Ушел мой незабвенный друг в покров пречистый и святой
в неведомый нам грешным мир другой…

Боже, возвесели нас за дни, в которые Ты поражая нас, за лета, в которые мы видели бедствие! (LXXXIX.15).

Я был счастлив тем, что дарил счастье своим близким.

У смерти есть своё жестокое коварство:
Щадя нередко тех, кто стар, и слаб, и хил,
Она разит того, кто полон юных сил,
Кто был казалось, так далек от входа в царство
Воспоминаний и могил.

Ничем не сможешь ты мне, милая, помочь,

Мы с тобою станем
Ярким огненным вихрем,
На мгновенье станем
Ярким огненным вихрем.
Это плата за рай,
Что был нами украден
На полчаса.

Ведь нет преград меж ей и нами —
Вот отчего нам смерть страшна!

Со всем усердием отдавал/(а) за веру тело и душу!

Весь народ видил его ходящим и хвалящим Бога!

Одним цветком земля беднее стала,
Одной звездой богаче стали небеса.