Эпитафия № 3467

Когда уходит близкий человек,
В душе остается пустота,
Которую ничем не залечить.

Большего мы не могли потерять,
Наша скорбь не имеет границы.
Горе не высказать, не описать,
Очень мало гранитной страницы

Слишком медленно тянется время,
Я боюсь не дождаться рассвета,
Да и что он изменит, если темно внутри…

Все будут одинаковы в гробу.
Так будем хоть при жизни разнолики!

Лежал один я на песке долины;
Уступы скал теснилися кругом,
И солнце жгло их желтые вершины
И жгло меня — но спал я мертвым сном.

Смерти не имать вкусити во веки!

Станет моей обителью вечный город.

Я жду, когда ночь завесит чёрным даль
И остатки слёз небесных станут коркой льда.
Мне всё равно, плохо ли тебе одной.
Ты хотела перемен и сердцем, и душой…

И билося сердце в груди не одно,
И в землю все очи смотрели,
Как будто бы все, что уж ей отдано
Они у ней вырвать хотели.

Не разрушай словами тишину,
Закованную в этот скорбный камень!