Эпитафия № 3464

От земли имя принять
и оставить дом.

Очей тех нет — и мне не страшны гробы,
Завидно мне безмолвие твое,
И, не судя ни тупости, ни злобы,
Скорей, скорей в твое небытие!

Нет больше горя, чем горечь от утраты.

В ледяных цепях ты стал вечным пленником,
А душа блуждает где-то здесь…

Что жизнь его была? – Тяжелый сон.
Что смерть? – От грез ужасных пробуждение.
Спросонья улыбнулся он –
И снова, может быть, там начал сновидение.

Я долго пожил, незачем рыдать.
Пора дорогу будущему дать.

Возможно, никогда мы не вернёмся, но
Когда грозит беда, быть страха не должно.

Но для тех бессильно времени крушенье,
Чье воспоминанье
Погрузит в раздумье и из сердца слезы
Сладкие исторгнет.

Здесь пепел юноши/девушки в сырой земле сокрыли.
Прохожий, задержись/удались/помолись. Во гробе сон священный.
Судьба почивших/лежащих в нем покрыта грозной тьмой.
Надежда робкая живит в том пепле тленном…
Кто знает, что нас ждет за гробовой доской?

Спи спокойно, милый сын,
Все тебя мы любим,
Помним и скорбим.