Эпитафия № 3454

Аще помиловал еси человиче человика, Тои имат тамо помиловати тя!

Молитесь за него Господу; ибо при благосостоянии Его и вам будет мир! (XXIX.7).

Умeршим мир! Пусть спят в покое
В немой и черной тишине.

Пока война у нас не под запретом,
Таков порядок будет в мире этом…

Мушкеты с порохом и смерти —
Все реальны.

Нетленное тело лежит подо льдом,
А душа полыхает огнём!

Прочти — слепоты куриной
И маков набрав букет,
Что звали меня Мариной
И сколько мне было лет. Не думай, что здесь — могила
Что я появлюсь, грозя…
Я слишком сама любила
Смеяться, когда нельзя!
И кровь приливала к коже,
И кудри мои вились…
Я тоже была, прохожий!
Прохожий, остановись!
Сорви себе стебель дикий
И ягоду ему вслед,-
Кладбищенской земляники
Крупнее и слаще нет.
Но только не стой угрюмо.
Главу опустив на грудь,
Легко обо мне подумай,
Легко обо мне забудь.
Как луч тебя освещает!
Ты весь в золотой пыли…
И пусть тебя не смущает
Мой голос из-под земли.

Не в долговечности честная старость, и не числом лет измеряется! (IV.8).

Благославляю все, что было.
Я лучшей доли не искал/(а)

И зло, и благо, — тайна гроба.
И тайна жизни — два пути —
Ведут к единой цели оба.
И все равно, куда идти.