Эпитафия № 3429

Но Смерть честней — чужда лицеприятью,
Не тронута ничем, не смущена,
Смиренную иль ропщущую братью —
Своей косой равняет всех она.

Тебя не смог я удержать,
Нет смысла гнаться за тобой,
Спешу к тебе — хочу обнять,
Но обнимаю призрак твой.

Мы ничего не знаем о них,
Как будто в детстве не было книг,
И учиться никто не заставил.

С тобой ушел кусочек нашей жизни!
(Родителям: С вами ушел кусочек нашей жизни!);;

Но не пугайся, если вдруг
Ты услышишь ночью странный звук,
Все в порядке, просто у меня открылись
Старые раны!

Ты рано ушел от нас, наш любимый.
Унес наше счастье и радость.

Чтоб не плакать и не скорбить,
И любых избежать потерь,
Никогда никого не люби,
Никогда никому не верь.
Но сама я так вряд ли смогу,
Скоро новая будет весна,
В другой жизни себе найду
Того, кому нужна.

Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мною.

Лучше нам умереть в сражении, нежели видеть бедствия нашего народа и святыни! (I кн. III.59).

Похоронят, зароют глубоко,
Бедный холмик травой порастет,
И услышим: далёко, высоко
На земле где-то дождик идет.