Эпитафия № 3412

Ужель на вопль и зов молебный
Ты безучастно промолчишь?
Ужель улыбкой задушевной
Семьи опять не озаришь?

Я близок к небу — смерти время!
Нетруден будет переход;
Душа, покинув жизни бремя,
Без страха в небо перейдет…

На древе человечества высоком
Ты лучшим был его листом,
Воспитанный его чистейшим соком,
Развит чистейшим солнечным лучом!

Все позабылось, что помнить не хочется

… Но для души еще страшней
Следить, как вымирают в ней
Все лучшие воспоминания.

Кто нам скажет рассказ этой смерти безмолвной?
Кто над тем, что грядет, приподнимет покров?
Кто представит нам тени, что скрыты, как волны,
В лабиринтной глуши многолюдных гробов?
Кто вольет нам надежду на то, что настанет,
С тем, что здесь, что вот тут, что блеснет и обманет?!

Не посрами нас, но сотвори с нами по снисхождению Твоему! (III.42).

Как лилия, невинна и чиста —
Она звалась Невестою Христовой.
И встречи с ним ждала для жизни новой…

Помним, любим, скорбим

Сердце все не верит в горькую утрату,
Будто ты не умер(ла), а ушел (ла) куда-то.