Эпитафия № 3397

Он успел по благословению Господа! (XXXIII.16).

Мрачный пейзаж мне открылся —
Ночь или день? Тут не понять.
Смысл исчез, испарился.
Где мне теперь его отыскать?

В жизни прошлое растет, а будущее тает. Смерть меняет этот порядок вещей.

Оставите детей приходите ко мне; бо есть царствие Божие!

Этот мир есть кормилец всего, что мы знаем,
Этот мир породил все, что чувствуем мы,
И пред смертью — от ужаса мы замираем,
Если нервы — не сталь, мы пугаемся тьмы.

Жизнь — такая пустая и глупая шутка…

Да будет память их во благословениях, да процветут кости их от места своего!

Ты парусник запечатлел при жизни,
Своею верною, отцовскою рукой,
Оставив в памяти у нас свою харизму,
Уплыл как он – из суеты в покой.

Жизнь пролетела в штилях и ненастьях,
И гребни бытия, преодолевая как фрегат,
Покой обрёл ты, причалив в бухте счастья,
Оставив склянкам жизни биться наугад…

И зло, и благо, — тайна гроба.
И тайна жизни — два пути —
Ведут к единой цели оба.
И все равно, куда идти.

Попробуем дышать
В один и тот же миг
И быть продолжением
И отражением друг для друга
Над бездной разлук.