Эпитафия № 3397

Сердце застыло, воля проснулась.
Он в битве три ночи, три дня.

Что собирали отцы,
Нас научили беречь:
Вера родной стороны,
Песня, молитва да меч.

Я верю — не пройдет бесследно
Всё, что так страстно полюбил,
Весь трепет этой жизни бедной,
Весь этот непонятный пыл!

О, скоро грянет гром
В небе голубом,
Словно горькой тризны звон.

Не жалею, не зову, не плачу…

Ты поверил друзьям. Был обманут любовью.
Но над нами есть Бог. Наказанье грядет.
Божья кара — не миф. Что прошло — то вернется.
Тем, кто отнял тебя, наказанье придет.

Ангел смерти будет здесь, когда начнется бой…

Чем больше я живу — тем глубже тайна жизни,
Тем призрачнее мир, страшней себе я сам,
Тем больше я стремлюсь к покинутой отчизне,
К моим безмолвным небесам.

Он уже не возвратится, и не увидит родной страны своей! (XXII.10).

И смерть к тебе руки простерла…
Скажи, что было потом?
Я не знала, как хрупко горло
Под синим воротником.