Эпитафия № 3361

Перед скорбью бессильны слова,
Тот не умер, о ком память жива…

Но не проснется звонкая струна
Под белоснежною рукой твоей,
Затем что тот, кто пел твою любовь,
Уж будет спать, чтоб не проснуться вновь.

Ты хочешь покоя, ты хочешь тепла,
Ты хочешь забыться и спать до утра,
Что ж, ты видимо прав.

Смерть кажется и нежной и смягченной,
Сокрывшей от людей весь ужас свой,
И верю я, как мальчик, увлеченный
Игрою средь могил, что их покой
О тайне величавой нам не скажет,
Что лучшие из снов у ней на страже.

Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мною.

… Там, высоко — нет никого
Там также одиноко, как и здесь
Там, высоко — бег облаков
К погасшей много лет назад звезде

Я в смиреньи тебя отпускаю…
По живому разорвана нить!
Скорбно, горько, печально, но знаю:
Ничего тут нельзя изменить.

Во дни печали нашей сирой,
К Стопам Творца мы припадем,
Утешит нас Отец Небесный,
И в нем отраду мы найдем…

Промчится времени поток,
Размыв твой подвиг, как песок.
Твой дом разрушен,
И ты не нужен
Никому –
Спи и жди новую войну!

Если надо, — покорно вернись,
Умирая, к небесной отчизне,
И у смерти, у жизни учись —
Не бояться ни смерти, ни жизни!