Эпитафия № 3317

Знаю, это может быть
только раз в столетье, —
ты случайно глянешь вниз
и меня заметишь…

Комета яркая над сутолокой/(суматохой) жизни.

Дорогому, милому (отцу, дедушке, сыну).
Дорогой, милой (маме, бабушке, дочери).

Твой дом стал для тебя тюрьмой,
Для тех, кто в доме, ты чужой.
Ты был наивен и ждал перемен,
Ты ждал, что друг тебя поймёт,
Поймёт и скажет — жми вперёд,
Но друг блуждал среди собственных стен.

Я кричу, но ты не слышишь мой крик
И никто не слышит…

Я предпочёл бы уйти, но я гость.

Сеется в уничтожении востает в славе!

Без родителей уже никого нет между нами и могилой

Нет дня, чтобы душа не ныла,
Не изнывала б о былом,
Искала слов, не находила,
И сохла, сохла с каждым днем…

И они ищут друг друга в потёмках
Долго блуждая, и не находят.
Ждут, трепеща, прекрасное завтра,
И вспоминают вчера и сегодня.