Эпитафия № 3260

Я пою о тропе наверх,
А сам ухожу вниз.

Я покину город до зари,
Взять забыв горечь обид.
Пусть погаснут все фонари —
Мне Луна путь озарит.

Мы то всего вернее губим,
Что сердцу нашему милей

Ты умер, как и многие, без шума,
Но с твердостью. Таинственная дума
Еще блуждала на челе твоем,
Когда глаза закрылись вечным сном…

Там, где память — смерти нет!

Но для небесного могилы нет.
Когда я буду прах, мои мечты,
Хоть не поймет их, удивленный свет
Благословит; и ты, мой ангел, ты
Со мною не умрешь: моя любовь
Тебя отдаст бессмертной жизни вновь;
С моим названьем станут повторять
Твое: на что им мертвых разлучать?

Я кричу, но ты не слышишь мой крик
И никто не слышит…

Равнодушие душ, бессердечность сердец…
Поскользнуться, упасть равносильно здесь смерти
Этот мир мне на сердце оставил рубец.

Сомкнулись волны над тобой,
Тебя пучина поглотила,
И навсегда вода сокрыла
От нас печальный облик твой.

Голос твой заблудился здесь,
День и ночь он звучит во мне.