Эпитафия № 2767

И ясно вижу я в те вещие мгновенья,
Что жизнь ответа ждет — и близится ответ,
Что есть — проклятье, боль, уныние, забвенье,
Разлука страшная, но смерти — нет…

Здесь с ними спит и вековое горе,
Мой бедный брат, мой неотступный гость,
И ненависть с проклятием во взоре,
И ревности мучительная злость.

Огонь приближался, сжимаясь в кольцо, —
Дороги назад уже нет.
Я шёл напролом, обжигая лицо,
Не щурясь на яркий свет.

Как хочешь, поступай живой, что хочешь, говори…
Но на могильный камень мой, нет-нет да посмотри.

И билося сердце в груди не одно,
И в землю все очи смотрели,
Как будто бы все, что уж ей отдано
Они у ней вырвать хотели.

Смысл жизни и смысл смерти противоположны. Но союз их являет волю Творца/Бога/Господа/Всевышнего/Аллаха.

Ты отошел в мир вечных сновидений
И навсегда душа твоя спокойна,
А наша скорбь осталась безграничной…

С двух сторон сгорела,
Сожжена моя свеча.
Мне осталось сделать
Шаг, и этот мир — прощай!

Вы меня не зовите, к вам не приду,
Вы ко мне не спешите, я вас подожду.

И взыщут творившие добро
Воскресение жизни.