Эпитафия № 3241

Что жизнь его была? – Тяжелый сон.
Что смерть? – От грез ужасных пробуждение.
Спросонья улыбнулся он –
И снова, может быть, там начал сновидение.

Горит вавилон и дым настигает луну.
Идут корабли ко дну, исполняя пророчество.
Сходят с орбиты сотни небесных светил.
И у меня впереди сто лет одиночества…

Не объяснить почему наважденья и слёзы,
Именно ты почему болен именно мною.
Не существует ответов на эти вопросы,
Не специально я стала твоей паранойей.

Кто-то скупо и четко нам отмерял часы
Этой жизни короткой, как момент полосы….

Масштабом личности шагнул
За грани собственного века.

Увидав черепки — не топчи черепка.
Берегись! Это бывших людей черепа.
Чаши лепят из них — а потом разбивают.
Помни, смертный: придет и твоя череда!

Вы мне нравились и нравитесь, теперь говорить можно честно.
Время иссушает странности и ставит все на место.

Я умер от помощи слишком многих людей.

Но я могу в своём воображении
Переписать, как угодно, все главы.

Прости меня, мальчик весёлый,
Что я принесла тебе смерть.