Эпитафия № 3195

Над временем и вне времени

Как хочется, как всем нам хочется
Не умереть, а именно уснуть.

Холодно… пусто… потерянность жуткая…
Не видно итога пути. (скончанья, края пути)
Как же могла, ты — нежная, чуткая,
Так беспощадно уйти!

И он упал — и умирает
Кровавой смертию бойца.
Жена ребенка поднимает
Над бледной головой отца:
«Смотри, как умирают люди,
И мстить учись у женской груди!..»

Непреодолимо я приблизилась к запретной черте…

Обо всем сказав другому взглядом,
Каждый ждал. Но вот из-за угла
Пронеслась смертельная стрела,
Роковым напитанная ядом.

Горя страданий, отчаяния полны моря житейского бурные волны.
Брызги их — слезы и кровь. Но человеку в юдоли томления чудные
сестры даны в утешение. Вера, Надежда, Любовь.
И ободряя усталых душою, Вера приносит нам твердость с собою.
Гонит сомненья она. Смотрим вперед мы с надеждой смелее.
Темная даль и ясней, и светлее. Радостью дивной полна.
Третья сестра — это Божье дыханье, с ней не страшны никакие
страданья. Храм ее — наши сердца. В ней состраданье, жалость,
участье. В ней красота, всепрощение, счастье.
Царство любви без конца …

Ночь темна, мир отчаянно пуст.
Облака плывут домой.
До тебя долетит моя грусть,
Упадёт с ресниц слезой.

Кто любит, тот любим, кто светел, тот и свят,
Пускай ведет звезда тебя дорогой в дивный сад.

Гром не в силах парня разбудить!