Эпитафия № 3107

Доброту и любовь ты оставил живым,
Сколько б лет не прошло: Любим, помним, скорбим…

И ветры безучастные молю
Протяжностью своих предсмертных звонов…
Скажи ему, что я его люблю
За то, что он — не слышал этих стонов!

Холодно… пусто… выбор был жуткий…
Не видно итога пути. (скончанья, края пути)
Как же решился, ты — добрый и чуткий,
Так беспощадно уйти!

Оплакивали его/(ее) во всех домах!

Что я могу изменить своей любовью
Под этим тревожным небом, заполненным бомбами?
Что я могу добавить к кровавым закатам,
К звёздам, застрявшим в небе осколками от снарядов?

Ты помнишь? Давным-давно
Я жил как во сне легко

Иисусе Единый, верный, неизменный прими его.

Лопнула во мне терпенья жила —
Я со смертью перешел на ты.

Звезда взошла, сверкнула и погасла.
Не гаснет лишь один любимый свет,
Где память есть — там слов не надо…

Все в бездну сорвалось.