Эпитафия № 2977

Чистый дух, заключенный в нечистый сосуд,
После смерти на небо тебя вознесут!
Там — ты дома, а здесь — ты в неволе у тела,
Ты стыдишься того, что находишься тут.

Все звуки стихли в ожидании беды.

Ты жила и жизнь любила.
Тебе и жить бы и цвести.
Но смерть коварная сразила.
Никто не смог тебя спасти

Ты так хотел попасть в этот дом,
И приобщиться к игре.

В мире двусмысленном ангел двуликий
Стал сводным братом моим.

Зима сменилась весной,
Весна сменяется летом,
Но мир покрыт пеленой
И я не знаю об этом.

Мы с тобой в мире одни —
Лишь ты и я, и темнота…
Мне хочется плакать и петь,
И быть с тобой, во тьме с тобой.
А если вдруг явится смерть,
То пусть ее зовут любовь.

Вот также мы и отцветем,
И отшумим, как гости сада…

Прости, сыночек, что не сберегли тебя.
И перед смертью все слова бессильны.
Но память о тебе в живых жива:
В сердцах родных, и в дочери, и в сыне…

Конец жизни печален, середина никуда не годится, а начало смешно.