Эпитафия № 2782

Твой дом стал для тебя тюрьмой,
Для тех, кто в доме, ты чужой.
Ты был наивен и ждал перемен,
Ты ждал, что друг тебя поймёт,
Поймёт и скажет — жми вперёд,
Но друг блуждал среди собственных стен.

Опустели ночные улицы,
Я спешу по ним, чтоб отыскать тебя,
Но со всех сторон наступает,
Сжимая в кольцо, темнота.

Слова и слезы бессильны передать,
Всю глубину нашего горя.

Не младенцы плачем, но сами о себе наипаче возрыдаим согришающии всегда!

Тихо, без плача, зарыли
И удалились все прочь,
Только луна на могилу
Грустно смотрела всю ночь.

И смерти не будет уже. (21,4)

Звери везде лезут из темных нор.
Вот и сбылись страшные сны.
Нет никого, кто бы им дал отпор —
Все здесь давно против войны.

Прими, Господь, мою душу грешную!

Любим тебя, гордимся тобой,
И в памяти нашей всегда ты живой.

Вы жизнь нам в этом мире дали,
В другом покой вы обрели.
Ушли, оставив след печали,
Порывы/(приливы) скорби и тоски.