Эпитафия № 2339

Горечь смерти миновалась…

Больше не могу страдать —
Не осталось слёз.
Свет, что открывал глаза,
Жжёт меня насквозь.

Мужайся, сердце, до конца!
И нет в творении творца!
И смысла нет в мольбе!

Странное чувство покоя: в прошлом тебя уже нет,
В будущем ты превращён в Нескончаемый Свет.

Я хотел всю жизнь начать сначала,
Но её лишь можно оборвать…

Нет смерти здесь; и сердце вторит нет;
Для смерти слишком весел этот свет.
И не твоим глазам творец судил
Гореть, играть для тленья и могил…
Хоть все возьмет могильная доска,
Их пожалеет смерти злой рука;
Их луч с небес, и, как в родных краях,
Они блеснут звездами в небесах!

Дабы мне лечь с отцами моими…

Пусть два лёгких облака
Станут одним
Где-то на краешке неба.

«Как там в мире ином» — я спросил старика,
Утешаясь вином в уголке погребка.
«Пей! — ответил, — Дорога туда далека,
Из ушедших никто не вернулся пока».

Льется грусть с небес
дождем метеоритным.