Эпитафия № 2289

И он упал — и умирает
Кровавой смертию бойца.
Жена ребенка поднимает
Над бледной головой отца:
«Смотри, как умирают люди,
И мстить учись у женской груди!..»

Всюду пепел и дым я не вижу уже ничего,
Лишь щемящие кадры того, что уже не вернётся.
И надо мною в небе парит не спеша
Белый гигантский шар, что когда-то был солнцем.

Что можно построить такими руками ?
Но я делала всё, что могла:
Высекала узоры на камне
И плавила из стекла.

Как светло здесь и как бесприютно
Отдыхает усталое тело…
А прохожие думают смутно:
Верно, только вчера овдовела.

Конец жизни печален, середина никуда не годится, а начало смешно.

Нам/(мне) в бытии отказано навеки!

Мне непонятны людские страдания,
Чувства даны тем, кто слаб, кто умрёт.

Рано закрылись глаза твои ясные,
Рано оставил родных и друзей…

Так много добрых слов
Нам хочется тебе, сынок, сказать,
Единственный, неповторимый и любимый,
Но рок судьбы украл тебя у нас,
Прервав единственную жизнь,
Которую с тобой мы так любили.

Ушел от нас ты очень тихо,
Никто не смог тебя спасти.
Как глубока на сердце рана.
Пока мы живы — с нами ты…