Эпитафия № 1949

К дождю звенели облака,
Ласкался путь полынь-травой.
Шли в далеко из далека,
Шли, пели, звали за собой.

Казалось, вот-вот полетишь
Лишь крылья оперил,
Но крылья сломались
И нам не оплакать потери…

Я погружаюсь в тотальную тщетность
С угасшей верой на дно океана

Выпросить бы у смерти
Годик, другой.
Только нет, не успеть мне
Надышаться тобой.

Вернуть Природе все, что власть ее соткала,
Все то, что некогда горело жаждой жить!

Знает синий лес да пустынный скит,
Что на два венца врос в гранит скалы,
Да еще печаль плакальниц ракит,
Да еловый дух в янтаре смолы.

Гроб невесты легкой тканью
Скрыт от глаз в соборной мгле.
Пресвятая тонкой дланью
Охраняет на земле.

Масштабом личности шагнул
За грани собственного века.

Пока жила ты — жили все мы.
Теперь угас наш солнца луч.

Я никогда не жёг чужих городов,
А свои не берёг.
Я никогда не пел для сытых углов,
Пел для пыльных дорог.