Эпитафия № 1920

И стало лицо моложе,
Я опять узнала его
И сказала: «Господи Боже,
Прими раба твоего».

Отныне глаз сиянье растворилось в небесах
И ты меж нами лишь незрим.
Никто тебя не сможет заменить,
Ты был и навсегда останешься любим…

Чудо-Зодчий задумал так, нас не спросив.

Нам бы слово твоё хоть одно,
Нам бы руку твою на плечи,
«Слышишь папа!»- мы знаем одно,
Нам бы стало намного легче…

Здесь пепел юноши/девушки в сырой земле сокрыли.
Прохожий, задержись/удались/помолись. Во гробе сон священный.
Судьба почивших/лежащих в нем покрыта грозной тьмой.
Надежда робкая живит в том пепле тленном…
Кто знает, что нас ждет за гробовой доской?

От сердца к сердцу, от крови в кровь
Рождались эти слова.
В боях за правду и за любовь
Слетит моя голова.

Мою жизнь читала смерть
Вслух, на языке огня,
Все, кому мне вышло петь,
Помолитесь за меня.

Навеки помню и благодарю,
благословляя прожитые годы.

Не нужны надписи для камня моего,
Скажите просто здесь: он был и нет его!

Гвардия ночи несёт караул до утра.
Опредёленность нужна лишь тому, кто хочет скорей.
Здесь же никогда не поздно и никогда не пора.