Эпитафия № 1788

Доброту и любовь ты оставил живым,
Сколько б лет не прошло: Любим, помним, скорбим…

Пока ты жив, не умирай,
На этот мир взгляни

Смерть — это стрела, пущенная в тебя, а жизнь — то мгновение, за которое она до тебя долетает.

Вот здесь холодная могила,
Моих отца и мать сокрыла.
Божий гроб ваш закидан землей,
Белый крест, водруженный над вами,
Освящен он сердечной мольбой,
Окроплен задушевной слезой.
Пусть вы в могиле зарыты,
Пусть вы другими забыты,
Но на призыв мой, родные,
Вы, как бывало, живые,
Тихо встанете предо мной.

Мы уже почти не отводим глаз.
Мы уже почти поём.
Мы уже почти видим небо.
Мы уже почти встали в рост.

Ветхий храм разрушить,
Греть надеждой души,
И увидеть Солнце…

И доживу хоть до ста,
Моя напасть,
Не налюбуюсь досыта,
Не нацелуюсь всласть.

То — смерти вечная, властительная тайна;
Я чувствую ее на дне глубоких снов,
И в предрассветный час, когда проснусь случайно,
Мне слышится напев ее немолчных слов…

Рвётся тонкая нить между миром и мною.

О, веры больше нет,
Смыт надежды след,
Ни любви, ни жизни.