Эпитафия № 1784

И мне казалось, что моё окно открыто для всех.
И мне казалось, будто я иду вверх,
Я мерил время по дням.
Мне было легче, пока я верил песням и снам.

Господи Иисусе Христе, на земле он имел

Печали и скорби, дай на небе отраду.

Ты волной подхвачен и вознесён,
Чтоб увидеть сразу смерть и солнце.

Кто знает, может быть, жить — это значит умереть, а умереть — жить.

Лежащий здесь недолгий прожил век.
Неведомо, где жил он, что он знал.
Известно только – был он человек
Родился – плакал, умирал – стонал.

Жизнь священна!

Иду на свет, нет сил дышать,
Мне больше нечего терять!

Вы ушли навсегда в тот неведомый путь.
Вас теперь никогда не позвать, не вернуть.

Надоели животные страсти
И жестокие игры тоже,
Ах, как хочется личного счастья,
Ах, как хочется быть хорошим.

Сердце погасло, будто зарница,
Боль не притушат года.
Образ твой вечно будет храниться
В сердце моем навсегда.