Эпитафия № 1661

Он мудрецом не слыл, и храбрецом не слыл,
Но поклонись ему – он человеком был.

И пусть благословят — знакомые листы,
Пусть плачут надо мной — друзья моей мечты;
О, только те, кто был мне дорог в дни былые, —
И пусть меня вовек не вспомнят остальные.

Сыны человеческие в тени крыл Твоих, Господи, покойны! (XXXV.8).

Масштабом личности шагнул
За грани собственного века.

Я в жизни обмирал и чувство это знаю,
Где мукам всем конец и сладок томный хмель;
Вот почему я вас без страха ожидаю,
Ночь безрассветная и вечная постель!

Ты так любил людей, родное небо,
Ты жить хотел, ты добрым был для всех.
И горько сознавать, что ты так мало прожил,
Ушел от нас, оставив нам печаль и слезы.

Пусть головы моей рука твоя коснется
И ты сотрешь меня со списка бытия,
Но пред моим судом, покуда сердце бьется,
Мы силы равные, и торжествую я.

Настало время сердцу быть в покое,
Взяла земля свое земное.
Но как же трудно нам тебя терять,
Смириться с горем, жить опять.

Мне снятся твои поцелуи
И океаны воды,
И голубые льды,
К которым можно
Прижаться губами…

Наш бренный мир задуман Им,
Как царство света и покоя.
Наш мир и должен быть таким,
Но где вы видели такое?