Эпитафия № 1564

Она наблюдала за хозяйством в доме своем и не ела хлеба праздности! (XXXI.27).

Он сказал: «Теперь слава Богу», —
И еще задумчивей стал.
«Давно мне пора в дорогу,
Я только тебя поджидал.
Так меня ты в бреду тревожишь,
Все слова твои берегу.
Скажи: ты простить не можешь?»
И я сказала: «Могу».

А сердце, как лёд –
Холодит,
Мой прерван полёт,
Позади
Всё то, чем я жил
И кого я любил!

Великая личность на все времена!

…Он смеялся над славой бренной,
Но хотел быть только первым…

Все друзья ушли
В направлении Земли.
Ночь меняет день.
И мне душно в пустоте.

Из жизни ты ушла,
Непостижимо рано,
Родителей печаль гнетет.
В сердцах их кровоточит рана,
Сынишка твой растет,
Не зная слова «мама».

Мы деревья большие,
Но сильнее нас был ураган —
Вырвал с корнем.

Отлетала в свистопляс,
воротиться не успела,
Спохватилась горевать,
как зарыли в снег.

Начало жизни, это — утро Мая,
Ее конец — отравленный родник.
Предсмертным бурям вечности внимая,
Дух человека в ужасе поник.