Эпитафия № 1537

Они не будут уже ни алкать, ни жаждать, и не будет палить их солнце и никакой зной!

Горя страданий, отчаяния полны моря житейского бурные волны.
Брызги их — слезы и кровь. Но человеку в юдоли томления чудные
сестры даны в утешение. Вера, Надежда, Любовь.
И ободряя усталых душою, Вера приносит нам твердость с собою.
Гонит сомненья она. Смотрим вперед мы с надеждой смелее.
Темная даль и ясней, и светлее. Радостью дивной полна.
Третья сестра — это Божье дыханье, с ней не страшны никакие
страданья. Храм ее — наши сердца. В ней состраданье, жалость,
участье. В ней красота, всепрощение, счастье.
Царство любви без конца …

По ночам бредить луной
да перечить сну,
Да глядеть солнцу в лицо,
как в глаза друзьям.

Мольбы, молитвы, гимны просятся:
«Взгляни, помедли, подожди!»

Разгулы прожитых лет и тут кричи — не кричи,
Смотреть вокруг и видеть луч
За черной гарью, за бетоном туч,
И сдюжить, не пережечь огонь в огарок свечи.

Вспоминаю я годы иные.
Рядом ты и родных голоса.
А на очи, давно уж сухие,
Как искра, навернулась слеза.

И делал он угодное в очах Господних, и не уклонялся ни направо, ни налево!

Ночь за ночью, день за днем — один,
Сам себе слуга и господин.
А года уходят в никуда —
Так течет в подземный мир вода.

Ангел смерти,
Божественно мягок и прекрасен!
По направлению к небесам
Несешь ты наши души.
Путь был далек…
Укрой нас своими крыльями
И дай нам покойно отдохнуть!

Благославляю все, что было.
Я лучшей доли не искал/(а)