Эпитафия № 1339

Молится люд — ждут праведных снов.

Нет смерти здесь; и сердце вторит нет;
Для смерти слишком весел этот свет.
И не твоим глазам творец судил
Гореть, играть для тленья и могил…
Хоть все возьмет могильная доска,
Их пожалеет смерти злой рука;
Их луч с небес, и, как в родных краях,
Они блеснут звездами в небесах!

В год . . . . . . . . .
Было у меня две дочери, —
Так что мучилась с мукой
И за всем вставала в очередь.

Сколько троп и дорог
Для меня заплелись в одну.
Я иду по своей земле
К небу, которым живу.

Нет… Не ушли, а в детях повторились.

Что я могу изменить своей любовью
Под этим тревожным небом, заполненным бомбами?
Что я могу добавить к кровавым закатам,
К звёздам, застрявшим в небе осколками от снарядов?

И, если вновь больное сердце ноет,
Заставь его забыть/(застыть) и замолчать!

И каждый полюс подвержен
Невидимым превращениям,
И каждому атому счастья
Отмерен свой срок заранее…

Так тяжело, так горько мне и больно…
Так много мук в душе затаено,
Что мне сказать уж хочется давно
Всему, что жизнью мы зовем: «Довольно!»

Господь был с ним, — и во всем, что он делал, Господь давал успех!