Эпитафия № 1269

И не вернуть назад
Друзей, хоть на минуту.
В трезвучиях баллад
Теперь живут они.

Вдруг к нам вернется
Что-то из жизни вчерашней…

Лежал один я на песке долины;
Уступы скал теснилися кругом,
И солнце жгло их желтые вершины
И жгло меня — но спал я мертвым сном.

Быть может, небом окружён,
Жилец божественного света,
Как на песчинку смотрит он
На нашу бедную планету…

Ветер, плакальщик мой ненаемный,
Надо мной вскрутит снежную муть…
О, печальный, далекий мой, темный,
Мне одной предназначенный путь!

А там наследник в добрый час
Придавит монументом вас,
Простит вам каждую обиду
По доброте души своей…

У меня осталось только одно неудовлетворенное любопытство: смерть.

Я свидетель
Стремления вниз.

Считают, что любовь крылата, —
Смерть окрыленнее стократ.;;

Умер он в доброй старости,
Насыщенный жизнию,
Богатством и славою…